Русские люди. Какие они? Быт, традиции, культура

[отличница]

Я села за руль и забыла как это мерзнут ноги.

я после этого впервые кутаться зимой перестала, напехтериваться (слово у нас такое местное, типа много и тепло одеваться ).
Хорошая зимняя одежда - теплая машина

[Наталья Васильева]

Я - горожанка в первом поколении. А город перемешивает традиции, национальности и нравы.
Иногда мне казалось, что мне нужно было родиться в Германии: ну вот люблю порядок во всём! И если коробка с нитками лежит вот ТУТ - ТУТ же она должна и лежать, кто бы ею ни пользовался!

А теперь всё чаще думаю: не-а, приучили меня обстоятельства к тому, что можно среди беспорядка жить. Значит, не немецкой я национальности... А пиво даже на дух не надо!

... У нас ведь как: главное, чтобы люди вокруг душевные были!

[Инид]

Хорошая зимняя одежда - теплая машина

Да, но валенки в багажнике должны быть.

[Наталья Васильева]

... Когда вижу, что люди в своих странах, даже европейских, на праздниках носят национальную одежду - завидую. Я бы с удовольствием надела русский сарафан с домотканой рубахой, но не в том концертно-пестром варианте, от которого в глазах рябит.

[Инид]

на праздниках носят национальную одежду - завидую.

И мне нравится.
http://discounts-online.info/ru/de/c-and-a/sale/#

[Наталья Васильева]

Вот, предложение на тему "русские в России" (не моё, взято в интернете):

Закрепление за русским народом статуса государствообразующего.

Русский народ переживает кризисный период: сокращается его численность, сужается ареал его распространения, сокращается число владеющих русским языком. Русский народ является основой российской государственности, этот кризис неминуемо сказывается на прочности государственного устройства и политической стабильности. Чтобы преодолеть кризисные тенденции, нужны решительные меры в интересах не только русских людей, но и всех граждан российского государства, "единство и процветание которого напрямую зависит от национального самочувствия русского народа".

В июне 1996 года появилась «Концепция государственной национальной политики Российской Федерации», в которой говорилось, что межнациональные отношения в нашей стране «во многом будут определяться национальным самочувствием русского народа и что потребности и интересы русского народа должны…постоянно учитываться в политической, экономической и культурной жизни.

Россия является государством, «системообразующим ядром которого исторически выступает русский народ» и что цивилизационная идентичность России «основана на сохранении русской культурной доминанты.

Статус русских как государствообразующей нации в России ничуть не умаляет достоинства других российских этносов. Конституция Татарстана, например, принята от имени татарского и других проживающих в нем народов, что подразумевает стержневую роль татар в Татарстане. Но только русские всегда играли и продолжают играть эту роль в масштабе всей России.
http://ni.kprf.ru/n/1316/

[Гость]

[Алёна]

Что умела 10-летняя девочка век назад на Руси?



Наш народ издавна говорил: «маленькое дело лучше большого безделья». Этого принципа строго придерживались и в воспитании детей. К десяти годам и мальчишки, и девчонки в крестьянских семьях уже становились самостоятельной «хозяйственной единицей» и имели много обязанностей.
Девочек очень рано приучали к посильному труду, даже раньше, чем мальчиков. Так, с 5-6 лет они уже должны были уметь прясть, помогать по дому и на огороде, в уходе за младшими братьями и сестрами, за домашней птицей и скотиной.
К 10 годам, благодаря «науке» мам, бабушек и других старших женщин в семье, они переходили на новый уровень ответственности.
Десятилетняя дочь считалась уже вполне взрослой девушкой со всеми вытекающими отсюда требованиями к ней. Если знакомые и соседи давали девочке-подростку уничижительное определение «непряха», это было очень плохой характеристикой, и на хорошего жениха впоследствии ей можно было даже не рассчитывать.



Как строился процесс обучения?
Исключительно на личном примере: обычно мать в процессе домашних либо полевых хлопот показывала и объясняла дочери, как и что она делает, затем доверяла ей выполнять более простую часть работы. По мере усвоения нужных навыков функционал, выполняемый девочкой, усложнялся. Если в 5-6 лет маленькая хозяйка должна была присматривать за цыплятами, то в 10-12 – уже выгонять корову на пастбище и доить ее. Эта поступательность и непрерывность процесса гарантировала высокие результаты обучения.
Не бунтовали ли подростки против такого уклада? Разумеется, нет. С одной стороны, трудовые навыки, привитые с самого раннего детства, позволяли им выжить в довольно непростых социальных реалиях, не зря же в народе сложилась поговорка «С ремеслом весь свет пройдешь – не пропадешь». А с другой – в среде простых людей очень сильна была христианская традиция, причем именно в той ее части, что касается сурового Ветхого Завета. Согласно ему, служение отцу и матери уподоблялось служению Богу, а оскорбление родителей и непослушание приравнивалось к оскорблению высших сил. Детям сызмальства прививали такие понятия как сыновний/дочерний долг, уважение к старости, и осознание того, что семья – это самое главное в жизни, а любой труд на ее благо был уважаем.

«Хозяйство водить — не разиня рот ходить»
Что же конкретно должна была уметь деревенская девочка к своему десятилетию? Ее задачи были весьма многообразны, несмотря на кажущуюся простоту крестьянского быта.
«Бабий кут». Это «женское царство» у печи. Обычно отделялась от остальной избы занавеской, и сильный пол без крайней надобности старался туда не заходить. Более того, появление постороннего мужчины в «бабьем углу» приравнивалось к оскорблению. Здесь хозяйка проводила большую часть своего времени: готовила еду, поддерживала порядок в «посуднике» (шкафу, где хранилась кухонная утварь), на полках вдоль стен, где стояли кринки для молока, глиняные и деревянные миски, солонки, чугунки, в деревянных поставцах с крышками и в берестяных туесах, где хранились сыпучие продукты. Десятилетняя девочка активно помогала матери во всех этих хлопотах: мыла посуду, убиралась, могла сама приготовить несложную, но здоровую крестьянскую пищу.



Уборка в доме. В обязанности девочки-подростка вменялось также поддерживать чистоту в доме. Она должна была подметать пол, мыть и чистить лавки, прибитые к стенам и/или переносные скамьи; вытрясать и чистить половики; убирать постель, перетрясать ее, менять лучину, свечи, чистить керосиновые лампы. Нередко десятилетние девочки сами справлялись и еще с одной обязанностью – стирали и полоскали белье на речке, а затем развешивали его на просушку. И если в теплое время года это было скорее развлечением, то стирка в проруби зимой превращалась в довольно суровое испытание.
Пестунство. В многодетных семьях «догляд» старших детей за младшими был суровой необходимостью, ведь родители много и тяжело работали в поле. Поэтому девочку-подростка нередко можно было увидеть еще и у люльки, которая крепилась за кольцо к центральной балке потолка («матице»). Старшая сестра, сидя на лавке, вставляла ногу в петлю, качала люльку, а сама занималась рукоделием.
Помимо укачивания младенца, к 10 годам маленькая нянька могла сама перепеленать его, сделать соску из нажеванного хлеба, покормить из рожка. И, конечно же, успокоить плачущего малыша, развлечь его песнями, «пестушками» и прибаутками. Если была такая необходимость, то в 10-12 лет девочку могли отдать в няньки – «пестуньи». За летний период она зарабатывала от трех до пяти рублей – сумма, немалая для подростка. Иногда, по уговору с родителями, с няней расплачивались «натурпродуктами»: мукой, картошкой, яблоками, другими овощами и фруктами, отрезами ткани.



Ткачество. Очень важный элемент крестьянской культуры. Ведь всю ткань для одежды, полотенец, скатертей и других предметов обихода крестьяне делали сами, поэтому ее и называли домотканой. Сначала девочку учили наматывать нитки на цевки (берестяные трубочки-катушки), затем – трепать лен, и прясть из него кудели (нитки). В южных губерниях они еще и чесали шерсть. Обычно всем этим занимались долгой зимой в большой «бабьей» компании.
Уже в 5-7 лет девочка овладевала первичными навыками, и отец делал ей личную прялку или веретено – поменьше, чем у взрослых. Кстати, считалось, что собственный инструмент – это очень важно. Свою прялку нельзя было давать подружкам – «спортят», и чужими прялками пользоваться тоже было нельзя, ведь «хороший мастер работает только своим инструментом». Потом девушку обучали работе на ткацком стане, и к 10 годам многие могли уже сами создать пояс или рушник. Первый «хенд-мейд» обязательно оставляли маленькой мастерице, а на следующем этапе она начинала готовить свое приданое.
Помимо перечисленного, девочка в 10 лет помогала взрослым в поле: вязала снопы, собирала колоски, ворошила сено. Еще она занималась огородом, могла пасти корову, козу, гусей, уток; убирала навоз и чистила скотину. В общем, подростковый кризис пролетал незаметно, ведь у взрослеющей девочки просто не было на это времени. Зато трудолюбивая помощница всегда получала поддержку и похвалу от старших, которые жили по принципу «Не та родна дочь, что бежит от дела прочь, а та дочь родна, что на всякой работе видна».



Однако не стоит думать, что крестьянские дети на Руси были полностью лишены обычных детских радостей. Младшие девочки играли в «дочки-матери» тряпичными куклами, сами плели для них косы, шили наряды и придумывали украшения. Кстати, считалось, что если девочка охотно играет в куклы, то она будет отличной хозяйкой и матерью. Девочки постарше собирались на посиделки, где болтали, пели, вязали, вышивали и шили. Всех детей – от мала до велика – нередко отправляли в лес собирать ягоды, грибы, травы, хворост, или на речку – удить рыбу. И это тоже было веселым приключением, которое, в то же время, адаптировало их ко взрослым обязанностям.

[Алёна]

Что умел мальчик в русской деревне век назад

С 6-7 лет у ребёнка появлялись устойчивые хозяйственные обязанности, при этом труд приобретал половое разделение: мальчик постепенно переходил в отцовскую трудовую сферу, его привлекали к мужским занятиям, девочку - к женским.
Например, в Симбирской губернии в 6 лет мальчикам поручали таскать во время молотьбы снопы, в 8 - пасти лошадей, в 9-10 - бороновать, в 12 - пахать, а в 16-17 - косить.
Привлечение мальчиков к работе на земле было одним из наиболее важных моментов в передаче трудовых навыков, необходимых для самостоятельной жизни. Не владея ими, подросток не смог бы стать полноправным членом деревенского сообщества. В русской традиции занятие землепашеством воспринималось как основа полноценного мужского статуса.

Становясь помощником отца, мальчик участвовал во всех его работах. При унавоживании земли: отец привозил навоз и раскидывал его большими кучами, сын растаскивал его по всему полю, а затем во время пахоты следил, чтобы комья земли и навоза не затрудняли работу плуга и не засыпали борозду.



С 11-13 лет отец приучал мальчика к пахоте. "За недосугом" он редко объяснял сыну как нужно пахать, да и в этом не было особой необходимости, поскольку тот, следуя за отцом неотступно, перенимал все необходимые приемы работы. Отец доверял сыну провести пару борозд или предоставлял возможность потренироваться, выделив для самостоятельной обработки небольшой участок пашни. Подросток осваивал пахоту обычно к 14-15 годам - на пороге совершеннолетия.

В русской деревне рубежа XIX - ХХ в.в. вступление мальчика в трудовую жизнь семьи, овладение мужскими хозяйственными функциями сопровождалось обязательным привлечением его к заботе о лошадях: он задавал им корм, подавал напиться, летом гонял на реку на водопой. С 5-6 лет ребенок обучался управлять лошадью, сидя на ней верхом. С 8-9 лет мальчик учился запрягать лошадь, управлять ею, сидя и стоя в телеге. В этом возрасте его уже посылали в ночное - летний ночной выпас табунов деревенских лошадей.

На Русском Севере и в Сибири, где промыслы (рыболовство, охота и т.п.) имели в кругу хозяйственных забот важнейшее значение, ребят с раннего детства привлекали к промысловым занятиям.

Сначала в игре, а затем - наблюдая за отцом и братьями, помогая им в меру сил, уже к 8-9 годам мальчик перенимал азы промысла: умел ставить на ближнем озере петли на уток, стрелять из лука. В 10 лет подростки ловили сусликов, колонков. Продавая добычу заезжим купцам, они получали первые собственные деньги, которые могли тратить по своему усмотрению. В этом возрасте почти каждый мальчик в сибирской деревне мог самостоятельно сделать "мордочку" для ловли рыбы и установить ее в реке. Особым предметом гордости являлась первая пойманная рыба.



К числу промысловых занятий относился также сбор ягод и добыча кедровых орехов. Подростки принимали активное участие в коллективных, включавших несколько семей, выездах на промысел. В ходе них они знакомились с природой, учились лучше ориентироваться на местности, перенимали опыт сооружения промысловых становищ. К 14-15 годам основные промысловые, навыки были переняты. Отправлявшийся весной на промысел отец не боялся оставить сына этого возраста промышлять в лесу одного.

Важным этапом в социохозяйственном становлении подростка в промысловых районах было членство во взрослой промысловой артели, включавшей всех мужчин села от подростков до стариков.

Мужские рыболовецкие, реже охотничьи, объединения, также как отхожие, ремесленные профессии, способствовали сохранению / возрождению традиций мужских организаций. Одной из них был испытательный срок при приеме в артель подростков 8-12 лет, без которого они не могли стать её полноправными членами. Ярким примером являлись испытания подростков на мурманских промыслах поморов: им поручали невыполнимые задания, обманывали, накладывая вместо рыбы в мешки и снасти камни, заставляли самих добывать себе пропитание, устраивали состязания между ними и т.п.

С этого момента профессиональное и жизненное воспитание подростка сосредотачивалось в артели. Подрастая, мальчики переходили в разряд юнг и прибрежных ловцов, которые уже имели свой пай и вносили значимую долю в семейный бюджет. Взрослые относились к ним с уважением и ласково называли "кормильцами".

К 15 годам подросток перенимал все хозяйственные навыки, считался годным ко всякой мужской работе и, если нанимался в работники, получал плату равную взрослой. Он считался правой рукой отца, заменой его в отлучках и болезнях.



В промысловых районах взрослые сыновья брали на себя все весенние полевые работы. Пока отец был на промысле, подросток самостоятельно вспахивал и заборанивал участок, а затем отправлялся на помощь к отцу. Имея заработок, такой подросток частично тратил его на себя, подготавливая возрастной наряд для гуляний, без которого он не мог бы считаться завидным женихом.+

[Алёна]

Сэр Родерик Мурчисон о России и русских



В 1853 г., известный английский учёный-геолог, сэр Родерик Импи Мурчинсон, исколесивший всю Россию, выступая на многолюдном митинге в лондонском Гайд-парке против вступления Великобритании в Крымскую войну, говорил:

«Даже если Россия расширяет свои владения за счёт сопредельных колоний, в отличие от остальных колониальных держав она отдаёт этим своим новоприобретениям больше, чем берёт от них. И не потому, что ею движет некая филантропия или что-то в этом роде. Изначальные устремления всех империй мало разнятся, но там, где появляется русский человек, всё чудесным образом получает совсем иное направление.

Выработанные у восточных славян ещё с дохристианских времён нравственные нормы не позволяют русскому человеку насиловать чужую совесть и посягать на имущество, ему по праву не принадлежащее. Чаще из коренящегося в нем неистребимого чувства сострадания он готов отдать с себя последнюю рубашку, чем у кого-то её отнять. Поэтому, каким бы ни было победоносным русское оружие, в чисто меркантильном плане Россия всегда остаётся в проигрыше.

Побеждённые же ею или взятые под защиту в конечном итоге обычно выигрывают, сохраняя в неприкосновенности свой образ жизни и духовные институты, вопреки их явной недостаточности для прогресса, в чём легко убеждаешься, познакомившись с ними более-менее основательно, приумножая своё материальное достояние и существенно продвигаясь по пути цивилизации.

Показательны примеры тому хотя бы Эстландия и Кавказ, в продолжение веков презираемые и насилуемые своими соседями, но занявшие почётное место среди народов и достигших несравнимого с прежним благосостояния под покровительством России, между тем как от приобретения Эстландии и Кавказа положение русского народа, то есть коренного населения метрополии, не улучшилось нисколько. Последнее нам кажется парадоксом, но такова реальность, первопричины которой кроются, несомненно, в особенностях русской морали»

Историческая справка:
" Родерик Импи Мурчисон родился в Таррадейле (Шотландия) 19 февраля 1792 года. Обучался в школе латинской грамматики в Дареме и военном колледже Грейт-Марлоу. В 1807 году Мурчисон получил звание прапорщика. В 1808 году участвовал в военной кампании под предводительством Уэлсли в Галисии. После битвы при Ватерлоо демобилизовался из армии и в 1818 году обосновался в Англии.
С 1826 года Мурчисон – член Геологического общества в Лондоне. Занимаясь систематическим изучением ископаемых в палеозойских породах Англии и Уэльса, в 1835 году Мурчисон выделил самостоятельный период, который назвал силурийским.
В 1841 году по результатам работ в России Мурчисон обосновал выделение еще одного периода палеозоя – пермского. В 1844 году, сопоставив данные собственных исследований геологического строения Урала и сведения о геологических образованиях Австралии, предсказал возможность открытия месторождений золота на этом материке.
В 1855 году Мурчисон был назначен генеральным директором Геологической службы и директором Королевской горной школы. Был одним из основателей Королевского географического общества и несколько раз избирался его президентом.
Геологическое общество в Лондоне учредило фонд Мурчисона и медаль, ежегодно присуждаемую за выдающиеся работы в области геологии. В его честь назван вымерший род брюхоногих моллюсков, широко распространенный в девонских и каменноугольных отложениях, а также минерал мурчисонит."